ОБЛАСТНАЯ ЕЖЕДНЕВНАЯ ГАЗЕТА

Календарь

Архив сайта [2006]

Поиск по сайту

последние новости

Начало » Культура, История » 2008 » 01 » 25

Их, как магнитом, притягивало к Владимиру Высоцкому

10:13 25.01.08

В московском издательстве «Вагриус» готовится к печати новая книга запорожского литератора Юрия Сушко «Мне – чтоб были друзья», посвященная людям, которые в разные периоды жизни были близки к Владимиру Высоцкому, так или иначе оказавших определенное влияние на формирование личности поэта и актера.

Это были люди разных возрастов, профессий, но каждый из них, прежде всего, был бескомпромиссным человеком, мастером в своем ремесле. Актер Валерий Золотухин и золотоискатель Вадим Туманов, драматург Эдуард Володарский и морской капитан Анатолий Гарагуля, кинорежиссер Георгий Юнгвальд-Хилькевич и писатель Артур Макаров, многие-многие другие люди с удивительными судьбами. Их, как магнитом, притягивало к Высоцкому, его к ним...

Публикуем отрывок из будущей книги.

«МНЕ – ЧТОБ БЫЛИ ДРУЗЬЯ»

Окружение Высоцкого перманентно калейдоскопически менялось. По сему поводу смертельно обижался Вениамин Смехов: «Ну, зачем он... меняет друзей на фаворитов, зачем так подозрителен и грубоват, а вот уже и неблагодарен, забывчив?»

«Калейдоскопичность окружения» объективна и вполне объяснима. И временными факторами, и другими причинами. Впрочем, подобное происходит практически с каждым из нас, не правда ли?.. Первые дворовые компании сменяют школьные друзья, институтские, коллеги по работе и так далее, и тому подобное. При этом неизбежно кто-то уходит в тень, находя иной круг общения, а школьный приятель становится своим в новой, уже «взрослой» компании.

Применительно же к судьбе Владимира Семеновича, то его, естественно, окружали творческие единомышленники. Основным критерием, которым он руководствовался при выборе друзей – яркость личности. Хотя выражение «выбор друзей» – не тот термин. Выбирают депутатов, президентов, жен, в конце концов. Друзей не выбирают – людей притягивают друг к другу неведомые, видимо космического происхождения, мощнейшие магниты... Кроме того, многие из тех, кто в свое время был близок с Высоцким, вовсе не претендуют на высокое звание Друга. Но мне хотелось бы, чтобы здесь присутствовали люди, которые оказывали духовное воздействие на жизненные обстоятельства и творческую философию Владимира Семеновича.

Нина Максимовна Высоцкая вспоминала, как ее сын как-то с гордостью сказал: «Знаешь, мама, я прикинул, у меня никак не меньше тысячи друзей, с которыми у меня братские, открытые отношения...»

В своей дневниковой записи осенью 1967 года Владимир Семенович признается: «У меня очень много друзей. Меня Бог наградил. Одни пьют и мне не дают, другие не пьют, но на меня не пеняют. Все друзья на одно лицо, – не потому, что похожи, а потому, что друзья. И я без них сдохну, это точно. Больше всего боюсь кого-то из них разочаровать. Это-то и держит все время в нерве и на сцене, и в песнях, и в бахвальстве моем».

Думаю, прав Валерий Золотухин, который осмелился на однозначный вывод: «Для него главными в жизни всегда были друзья. Не жена, не дети, не карьера, а друзья...» Кстати, напомню, что, отвечая на вопрос анкеты, кто является его лучшим другом, Высоцкий написал: «Золотухин». В 1970 году, наверное, так и было...

Хотя сам Валерий Сергеевич честно уточнял, что анкету они заполняли с Высоцким по очереди: «Делали это весело, почти шутейно. И сами понимаете, не мог Высоцкий в графе «кто твой лучший друг» поставить другую фамилию, когда рядом с ним сидит Золотухин. Но надо знать его характер, поэтому я не думаю, что он лгал или лицемерил. Я же никогда ни со сцены, ни в печати не говорил: «Мой друг – Володя Высоцкий!» Не посмел... И, как бы дополняя, приводит слова Высоцкого, который не раз говорил ему: «Для меня на свете нет ни жен, ни денег, ни баб, есть только друзья!»

Кинорежиссер Александр Митта придерживался своего мнения: «Друзья, которых у него было много и в самых разных кругах жизни, помнят его человеком преданным и нежным. У него был отдельный от всех его творческих талантов ярко выраженный талант дружбы. Он делал для друзей многое и умел принимать дружбу так, что вы были от этого счастливы...»

Пожалуй, нам стоит внимательно прислушаться к мнению Вениамина Смехова, который сказал: «Настоящим другом Высоцкого был тот, кого он сам считал своим другом...» В этой связи я доверяю оценке Георгия Вайнера: «У него было, по существу, пять-шесть настоящих друзей... Высоцкий был человек замкнутый при всей своей экстравертности. В личных делах близко не подпускал никого...»

Поверим Марине Влади, которая говорила: «У него было много знакомых, которые могли сказать, что являются его друзьями. Но если говорить о самых близких, товарищах, с кем он мог не просто дружески придержаться, а любил общаться, принимал дома, сам бывал у них в гостях, таких друзей было, может быть, двенадцать-пятнадцать, не больше».

«Я РОС, КАК ВСЯ ДВОРОВАЯ ШПАНА»

Из одноклассников наиболее известны Игорь Кохановский и Владимир Акимов, с которыми Высоцкий сидел за одной партой. В параллельном классе учился Аркадий Свидерский. Был еще один школьный приятель – Игорь Герасимов.

К восьмому классу у ребят сложилась крепкая компания. Собирались они чуть ли не ежедневно. Обычно у «Акимыча» – Владимира Акимова на Садово-Каретной. Парень рано остался без родителей, жил один в огромной тридцатиметровой комнате, перегороженной пополам. Стены украшали отцовская шашка и бурка. Эдуард Володарский, которому довелось учиться во ВГИКе вместе с Акимовым, рассказывал: «В той легендарной квартире они жили, все там дневали и ночевали. И Андрей Тарковский, и Артур Макаров, Акимов, Высоцкий. Как-то... пришла идея Макарову... Он... Акимову: «Володь, давай твою комнату... обменяем с доплатой на меньшую. Чегой-то тебе такая огромная комната? Зачем она тебе нужна? Давай обменяем – и денежка будет...» Уламывали они его недолго. В том же доме, в соседнем подъезде они поменяли на меньшую комнату и получили в доплату деньги. У владельца той комнаты полной суммы не было, и он дал в придачу... подержанный, очень трескучий, дремучий магнитофон «Астра». И вот на этом магнитофоне Высоцкий записал свои первые песни...»

У компании было свое название, эмблема и устав. Велся дневник и даже шутливые протоколы собраний.

«До десятого класса никто из нашей компании водки в рот не брал, – рассказывал Свидерский. – На праздники, может, и приносили бутылку сухого вина или хорошего «массандровского» портвейна...» «Мы десятиклассниками ходили жюльены есть в «Националь», – вспомнил Владимир Малюкин. – Или выпить куда. Основное место наше было – сад «Эрмитаж», мы там встречались, водку пили. 95 копеек 100 грамм, а выход был рубль. Мы перелезали через забор, экономили еще на 100 грамм... Учились мы все хорошо. И хулиганили. Потому нас в последнем классе разъединили... Юность свою прожили весело. Ни в чем себе не отказывали. Занимались такими делами – шли в поликлинику, сами писали себе справки, сдавали в регистратуру, нам там печать ставили... Так законно прогуливали уроки...» Затем жизненные пути ребят разошлись. Малюкин стал инженером. А Свидерский окончил 1-й медицинский, работал врачом-радиологом-дозиметристом на одном из военных предприятий.

Близким товарищем Высоцкого в юности был Анатолий Утевский, потомственный юрист, живший с родителями в одном доме с Семеном Владимировичем Высоцким на Большом Каретном. «Однажды я у Толи увидел парнишку с хриплым голосом, это был Вовка, Володька, – вспоминал Александр Сабинин, позже ставший актером Театра на Таганке и преподавателем театрального училища имени Щукина. – Он сразу мне понравился, потому что был очень веселый и одновременно застенчивый...» В то время Сабинин посещал драмкружок в Доме учителя, который вел Владимир Николаевич Богомолов. Он и привел Высоцкого к своему мастеру в кружок.

Поступив в Школу-студию, Владимир Высоцкий быстро нашел родственные души. Наиболее тесно сблизился с Геннадием Яловичем и Романом Вильданом.

Не упускал Высоцкий из поля зрения и некоторых талантливых младшекурсников. Например, Геннадия Бортникова. Он по сей день кланяется Владимиру Семеновичу за свой дебют: «Первую свою настоящую роль на сцене я сыграл благодаря Высоцкому. Когда перешел на второй курс Школы-студии МХАТ, на четвертом, где учился Владимир, ставили дипломный спектакль. Однажды он подошел ко мне: нужно сыграть в их спектакле роль тренера (это был «Золотой мальчик» Одетса). Я согласился, и мы стали репетировать. С Высоцким было интересно играть: я чувствовал партнера...»

Комментарии